22 May 22:36 avatar

О роли технологической разведки в новых условиях

Автор: Завьялов А.П., кандидат технических наук.
Обострение ситуации на Украине в конце 2013 – 2014 годах привело к значительному изменению геополитического положения России.
Стараниями ряда западных государств создан очаг нестабильности в Европе, на самых границах нашей страны, ведутся попытки непосредственного втягивания России в вооруженный конфликт.

Раздувание гражданской войны на Украине сопровождается совершенно беспрецедентной информационной войной против нашей страны, попытками представить Россию одной из сторон конфликта, а то и его непосредственным виновником.

По этому поводу Президент России В.В. Путин справедливо отмечал: «Как только наши коллеги в Европе или в США заводят ту или иную ситуацию в тупик, они все время говорят, что теперь ключ к решению проблемы находится «в руках Москвы» и на ней вся ответственность… Это уловка наших западных партнеров, которая не имеет под собой никаких оснований» [1].

Информационная война против России дополняется введением экономических санкций, которые в целом ухудшают макроэкономическую ситуацию в России и ухудшают конкурентоспособность отдельных предприятий, ведущих внешнеэкономическую деятельность, за счет:
  • пересмотра международных рейтингов России и, как следствие, удорожания кредитов;
  • возникновения дополнительных торговых барьеров;
  • опасности возникновения проблем с проведением расчетов через международные платежные системы Visa и MasterCard;
  • адресных санкций против ряда российских банков, ведущих обслуживание промышленных предприятий;
  • необходимости предпринимать срочные меры (и нести соответствующие расходы) по импортозамещению из-за возможного прекращения поставок материалов и комплектующих изделий;
  • имеющих место, по данным СМИ, попыток политических кругов западных стран оказывать давление на предпринимателей с целью ограничить экономическое сотрудничество с Россией.

Перечисленные факторы могут быть дополнены адресными санкциями, которые ударят по отдельным отраслям российской экономики, о чем заявили 16.05.2014 г. на совместной пресс-конференции в Лондоне государственный секретарь США Дж. Керри и глава МИД Великобритании У. Хейг [2].

Высказывания должностных лиц западных стан по поводу возможных «отраслевых» санкций являются противоречивыми. Сложно понять, почему санкции, вероятно, затронут сырьевые компании, деятельность которых не оказывает прямого влияния на ситуацию на Украине, однако, предположительно, не будут затрагивать ряд контрактов в оборонной сфере (например, поставки ракетных двигателей в США, или поставки Францией в Россию десантных кораблей «Мистраль»).

В этой связи можно ожидать, что основной реальной (а не декларируемой) целью отраслевых санкций будет приобретение дополнительных конкурентных преимуществ западными компаниями в затрагиваемых санкциями секторах экономики, целенаправленное снижение конкурентоспособности российских компаний, являющихся прямыми конкурентами западных (в первую очередь, американских).
Можно ожидать, что внешнеэкономическая деятельность российских компаний, специализирующихся в сфере высоких технологий, будет осуществляться в максимально неблагоприятных условиях, в условиях согласованного противодействия компаний-конкурентов из стран «западного блока».

Практически указанным российским компаниям придется работать в условиях модели конкуренции «один против всех», реализуя конкурентную стратегию опережения [3].

Такая конкурентная стратегия предполагает максимальную активизацию усилий в добывании экономической и технологической информации, повышение эффективности ее внутреннего распределения и использования.

При этом следует учитывать, что высокотехнологичные отрасли являются исключительно «информационноемкими».
Общераспространенным является мнение, что 80 – 90% информации, необходимой для принятия управленческих решений, может быть получено из открытых источников. Такое мнение впервые было высказано в 1950 – 1960-е годы американскими специалистами В. Плэттом, Р. Хилсмэном, Р. Хилленкеттером и с тех пор в том или ином виде повторялось отечественными и зарубежными авторами.
Следует однако подчеркнуть, что в упомянутых первоисточниках речь шла практически исключительно об информации, необходимой для принятия политических решений.

С научно-технической и технологической информацией, по мнению ряда авторов, ситуация иная.
Автор работы [4] по этому поводу указывает, что из открытых источников может быть получено:
  • 60 – 70% общетеоретической и общетехнической информации (исходной базы для решения научно-технической или технологической проблемы);
  • 10 – 30% информации о конкретных способах применения научно-технической информации (результатах НИОКР);
  • 10 – 15% информации, касающейся производственно-экономических вопросов, определяющих состояние и технологию производства конкретных видов продукции.

В той же работе [4] автор указывает со ссылкой на американские источники, что на момент начала реализации сложных научно-технических и технологических проектов разработчики располагают 50 – 80% необходимой информации. Оставшиеся 20 – 50% информации приобретаются в процессе реализации проекта.

Анализ приведенной статистики позволяет предположить, что «отраслевые» санкции, ограничивающие обмен технологической информацией, могут существенно ухудшить условия деятельности предприятий высокотехнологичного сектора.

Такие предприятия будут испытывать дефицит технологической информации и в связи с этим:
  • по сравнению с фирмами-конкурентами будут иметь значительно более высокие риски при принятии принципиального решения о реализации проекта;
  • при реализации проекта будут иметь более высокие издержки из-за дополнительных НИОКР, возможного неоптимального выбора отдельных технологий, что неблагоприятно скажется на цене конечной продукции;
  • будут иметь более высокие риски неудачного окончания проекта, в том числе из-за невозможности получения или неточности информации.
В этой ситуации обеспечение конкурентоспособности высокотехнологичных компаний на внешних рынках в значительной степени будет зависеть от эффективности корпоративных систем технологической разведки, которые должны стать своего рода «ассиметричным» ответом на отраслевые санкции, являющиеся для западных компаний, по сути, инструментами нечестной конкурентной борьбы (в данном случае под термином «корпоративные» понимаются не только собственные структуры промышленных корпораций, но и специализированные фирмы, оказывающие данные услуги на условиях аутсорсинга).

В СССР существовала развитая система научно-технической разведки. Однако и структура экономики практически полностью была представлена государственными предприятиями, по сути, напрямую управлявшимися из отраслевых министерств. Это позволяло обеспечить централизованное взаимодействие между поставщиками и потребителями технологической информации с целью максимально эффективного использования полученных данных.

В настоящее время структура экономики изменилась: большинство высокотехнологичных компаний являются частными, инструменты и возможности обязать их нести затраты на внедрение корпоративных систем технологической разведки у государства практически отсутствуют.

Многие высокотехнологичные «старт-апы» на начальном этапе своей деятельности (когда потребность в информации особенно велика) представляют собой группу разработчиков из нескольких человек и не располагают финансовыми возможностями для создания специализированного подразделения технологической разведки.

Вместе с тем, от эффективности функционирования систем технологической разведки в значительной степени будет зависеть перспективы создания в России инновационной экономики, что является общенациональной задачей первой половины XXI века. Поэтому содействие формированию системы технологической разведки должно являться также и актуальной задачей органов государственного управления. Вопрос только в выборе эффективных методов и инструментов воздействия.

По-видимому, акцент необходимо сделать на стимулировании появления специализированных коммерческих структур, оказывающих указанные услуги промышленным предприятиям на условиях аутсорсинга, а также повышению эффективности деятельности таких структур на основе саморегулирования.

Деятельность по формированию систем технологической разведки должна осуществляться на нескольких уровнях:
1. Верхний уровень. Создание законодательно-правовых условий для эффективного функционирования корпоративных систем технологической разведки. Сюда входит и внесение необходимых изменений в законодательство, и разработка федеральных и региональных программ стимулирования технологического развития. Очевидно, что указанные цели могут быть достигнуты только при согласованном взаимодействии органов государственной власти, заинтересованных хозяйствующих субъектов и профессионалов бизнес-разведки. При этом роль последних будет заключаться в выработке конкретных предложений, которым в дальнейшем предстоит воплотиться в документальную форму, по сути – в экспертном обеспечении деятельности остальных участников.

2. Средний уровень. Создание новых и повышение эффективности существующих объединений профессионалов бизнес-разведки, в том числе в форме саморегулируемых организаций. Задачами будет являться радикальное повышение эффективности взаимодействия с государственными органами власти, создание «дорожной карты» развития, по сути, новой высокотехнологичной подотрасли (сферы деятельности), которой будет являться негосударственная технологическая разведка.

На этом же уровне должны решаться вопросы разработки типовых методических документов, способствующих формированию и развитию новых структур в промышленности, обобщение положительного опыта; ведения, наполнения и совместного использования банков данных; разработки и внедрения единых стандартов и программ подготовки кадров; издания тематической литературы; совместной разработки и сертификации технических средств и программных продуктов.

3. Нижний уровень. Создание высокоэффективных подразделений технологической разведки в крупных промышленных корпорациях, специализированных фирм, оказывающих услуги средним и мелким предприятиям на условиях аутсорсинга. Критически важным является получение первых положительных результатов, которые позволят доказать рентабельность вложений в эту сферу в современных условиях и способствовать более широкому распространению услуг данного вида.

Первостепенной актуальной задачей должна являться подготовка кадров для работы в создаваемых структурах.
Система подготовки кадров должна быть многоуровневой и включать:
  • обзорные курсы для бакалавров и магистров технологических ВУЗов (читаемые в том числе с целью ознакомления с методологией коммерческой разведывательной деятельности и, как следствие, повышения уровня экономической безопасности российских промышленных предприятий);
  • специализированные учебные программы для подготовки будущих профессионалов бизнес-разведки;
  • краткосрочные курсы повышения квалификации;
  • программы профессиональной переподготовки;
  • программы подготовки кадров высшей квалификации, способных осуществлять методическое руководство системой технологической разведки.

Изменения геополитической ситуации, по-видимому, носят долгосрочный характер.

Можно предположить, что России, по мысли американских стратегов, уготована роль возродившейся «Империи зла», существование которой позволит усилить контроль над европейскими сателлитами, увеличить военное присутствие в важных регионах мира, отсрочить закат эры «Pax Americana».

Можно ожидать интенсивных нападок на Россию в информационной сфере, нагнетания общественного мнения, демонстрации противостояния со стороны западных стран. Потенциал экономического сотрудничества, по-видимому, будет ограничен конфронтацией в политической сфере.

В этих условиях эффективная система негосударственной экономической разведки может стать важным инструментом создания в России инновационной экономики, эффективной мерой стимулирования реиндустриализации.

Литература:
  1. Заявления для прессы и ответы на вопросы журналистов по итогам встречи Президента РФ В.В. Путина с Президентом Швейцарии, действующим председателем ОБСЕ Д. Буркхальтером 07.05.2014 г. Материалы сайта www.kremlin.ru.
  2. Материалы сайта www.rbc.ru.
  3. Шаваев А.Г. Система борьбы с экономической разведкой. – М.: Издательский дом «Правовое просвещение», 2000. – 240 с.
  4. Веревченко А.П. Информационные ресурсы: определения, основные понятия, параметры, особенности открытого потока информации, помехи, возникающие в каналах поступления информации.

7 комментариев

avatar
Да уж… Кризис на Украине своего рода «холодный душ» для нас, он оголил многие наши слабые места!
Вопрос — какой урок мы вынесем из этого?
avatar
Уроков мы, с моей точки зрения, должны довольно много вынести.
Один из них, кстати, — о пользе частных компаний, которые могут выполнять отдельные функции государства, по сути, при том, что государство ответственности за них не несет. Вот Blackwater на Украине присутствует (по данным СМИ), а США кричат на каждом углу, что они не при делах, причем таким тоном, как будто сами в это верят…
avatar
именно!
у меня на эту тему хорошая презентация, недавно выложил версию 2.0 — www.slideshare.net/RomanRomachev/ss-14599273
avatar
Интересно!
А вот несколько вопросов возникает:
1. Все-таки почему отрасль не развивается? Законодательство не позволяет или нет спроса на такие услуги?
2. Слайд 13 содержит утверждение «ЧВК не могут обойтись без ЧРК»? Это чисто логический посыл или основанный на фактах? Есть ли информация об участии ЧРК в событиях на Украине?
3. Вот насколько я понимаю, большинство упомянутых ЧРК — американские. А каким законодательством регламентируется их деятельность?
avatar
Все просто:
1. Бизнес наш по сравнению с западным все еще внутренний, как будет транснациональным так спрос возрастет, мы в рынке всего 24 года живем, в то время как запад уже столетия… Да и без госзаказа резкого роста российского рынка ЧРК не стоит ждать, а для госзаказа необходимо как минимум понимание со стороны вождей, что такие компании и такой бизнес есть, и что он весьма важен для конкурентной борьбы российского бизнеса на международной арене, но у нас…
И конечно законы, ссылки на них есть в презентации.
2. Да не могут, как любая армия без разведки это не армия, поэтому у ЧВК есть сторонние услуги — «аналитика и разведка» они любят это называть так.
Про Украину — конечно есть, но никто это аффишировать не будет.
3. Нет не только, очень сильные еще британские. Законодательства как такового нет под ЧРК, это ведь всего лишь консалтинг! Единственное, США обязует ЧВК не действовать против интересов США, отсюда вся их политика и в плане разведдеятельности.
avatar
1. Да, понятно.
Только и понимание во властных кругах, и законодательство сами по себе не сформируются: нужны проекты по популяризации и развитию рынка.
В принципе, это дело даже не отдельных компаний, а скорее саморегулируемых организаций (см. п 2 статьи), поскольку рост объема рынка выгоден всем.
А, скажем, Сообщество Практиков Конкурентной разведки или РОПКР такие проекты осуществляют?

Кстати, есть еще одна ниша, где услуги частных компаний могут быть более чем востребованы: насколько я помню, официально участники СНГ не ведут разведдеятельность друг против друга, а как показывают последние события — очень надо.
А на частные компании запрет не распространяется!

2. Кое-что все равно появляется:
www.aeinstein.org/qa-ukrainian-journalist-and-activist-igor-lutsenko/
Вот какими научными исследованиями они там всю зиму занимались?
avatar
К сожалению в РФ нет СРО в Р-деятельности, и уж тем более никто не занимается продвижением БР в GOV-сектор.
Что касается СНГ, то никто не запрещает частным компаниям работать где угодно и по чьему угодно заказу, однако опять-же со стороны GOV-сектора нет спроса!
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.